Продавайте книги с нами!
Каталог товаров

Речи Либания

Перевел с греческого с введением, примечаниями и двумя приложениями С. Шестаков.

Товар продан.

Издательство: .Типолитография Императорского Университета

Место издания: Казань

Тип переплёта: Бумажный

Год издания: 1914

Формат: Увеличенный

Состояние: . Нет передней обложки второго тома, расколы блока, владельческая надпись. Карандашные пометки в тексте. В остальном очень хорошее состояние.

Количество страниц: 522 + 572

На остатке: 0


Товар продан.

Аннотация

Представитель второй (новой) софистики Либаний (314-393 гг.) - один из наиболее знаменитых учителей красноречия, среди учеников которого были "отцы церкви" Иоанн Златоуст, Василий Великий, Григорий Назианзин. Общепринятым является тот факт, что новые софисты, старающиеся писать "под Демосфена", "под Платона", "под Аристофана", ничего ценного, полнокровного, оригинального так и не смогли предоставить. Цели бессодержательного формализма "потерянного рая" Римской империи - возродить классическую эллинскую литературу, воссоздать аттическую прозу времени Исократа, оживить философию Платона, восстановить в прежнем блеске официальный эллинский культ, вернуть на Олимп богов, вытесненных оттуда восточными богами - вот основная черта второй софистики, и самые талантливые ее представители давали лишь безупречные с точки зрения языка, но ничтожные по содержанию риторические упражнения. Это довольно непростой период - период "краха античных мировых порядков". Торжествующая христианская церковь в союзе с императорской властью столь свирепо подавляла всякую попытку сопротивления ей, что прямая, открытая критика христианского учения после Юлиана вряд ли была возможна. Либаний - типичный представитель этого времени... поэтому во многом забыт. Его многочисленные сочинения, его богатый сборник писем (сохраненных, случай редкий), в большей части являются одним из самых живых предметов в античной литературе и дают говорящее изображение общества восточной империи в IV веке. Любопытно наблюдать, как упадок духа и греческой литературы оказался менее быстрым и менее глубоким, чем упадок духа и литературы латинской. В то время как последняя совсем угасла, чтобы возродиться вновь лишь с церковными писателями, на Востоке самые живые очаги интеллектуального движения остались возженными, и сохранилась литературная традиция, делавшая возможным появление писателей, подобных Юлиану и Либанию. При этом, нельзя не отметить, что из всего обилия дошедших до нас проÐ